Саргассы в космосе (перевод С. БЕРЕЖКОВА и С. ВИТИНА)
сказал ни слова. Он только повер-нулся и пошел обратно к «Королеве». Шагая следом
за ним, Дэйн пробормотал:
— Эх, нам бы хоть один ручной лучемет...
— Тогда уж лучше резонатор, — возразил Рип.
Дэйн испуганно покосился на него. Лучеметом не
обязательно убивать — им можно пригрозить или про-
ломить стену укрепления. Но резонатор... Акустические
волны невидимы, от них нет защиты, и они буквально
разрывают людей на части. И если Рип заговорил о
резонаторе, значит, он считает, что настоящее сраже-
ние неизбежно. Впрочем, все это пустые разговоры.
«Королева» — послушный закону торговый корабль, на
ней нет ни лучеметов, ни резонаторов.
Ван Райк поднялся в секцию управления и постучал
в дверь капитанской каюты, из-за которой доносились
пронзительные вопли Хубата. Джелико откатил дверь.
Лицо у него было усталое и хмурое. Он раздраженно
стукнул по клетке голубого чудища и поздоровался
с суперкарго. Однако на этот раз встряска не оказала
обычного действия — Хубат завизжал еще громче.
Суперкарго спросил, разглядывая его:
— Давно он у вас так бесится, капитан?
Джелико бросил на своего любимца . яростный
взгляд и вышел в коридор подальше от шума.
— Почти всю ночь. — Он задвинул дверь, стало ти-
ше.— По-моему, он сошел с ума. Не понимаю, что с ним
стряслось?
— У него слуховой порог, кажется, выше ультра-
звука?
— Значительно. А почему... — Капитан проглотил
свое «почему». Глаза его сузились. — Вы имеете в виду
107
эти чертовы радиопомехи? Полагаете, они связаны
с акустикой?
— Не исключено. Он орет, когда помехи прекра-
щаются?
— Это можно проверить. — Джелико сделал было
движение, чтобы вернуться в каюту, но Ван Райк оста-
новил его.
— Сейчас есть дело поважнее, капитан.
— А именно?
— Мы знаем, как добраться до лагеря Рича.
И Ван Райк принялся рассказывать капитану о
краулере. Джелико внимательно слушал, прислонив-
шись к стене, лицо его было бесстрастно, словно Ван
Райк зачитывал ему список принятых на борт грузов.
Когда суперкарго закончил, капитан только проговорил
неторопливо:
— Ну что ж, может быть, и получится...
Снова экипаж собрался в кают-компании. Отсут-
ствовал только Тан, оставшийся в радиорубке. В руке
у капитана Джелико был серебряный стерженек, при-
крепленный к поясу длинной цепочкой.
— Мы обнаружили, — начал он без всякого вступ-
ления,— что управление грузового краулера по-преж-
нему настроено на лагерь Рича. Таким образом, крау-
лером можно воспользоваться как проводником...
Это заявление было встречено общим шумом, в ко-
тором можно было разобрать вопрос: когда начнем?
Джелико постучал стерженьком по столу, и шум пре-
кратился.
— Жребий, — сказал он.
Мура уже приготовил все для жребия — нарезал со-
ломку, сложил в кружку и встряхнул.
— Тан останется на рации, — объявил капитан.—
108
Жребий будут тянуть десять человек. Пойдут пятеро, —
те, кто вытащит короткие соломинки...
Стюард пошел по кругу, держа кружку выше уров-
ня глаз сидящих людей. Каждый вытаскивал соломин-
ку и не глядя зажимал ее в кулаке. Потом все одно-
временно раскрыли ладони.
Короткая! Дэйна бросило в жар — то ли от радо-
сти, то ли от волнения. А кто еще? Он оглядел стол.
Рип! У Рипа тоже короткая! И в замасленных паль-
цах Кости тоже зажата короткая соломинка. Четвер-
тую показал Стин Вилкокс, а пятую и последнюю —
Мура.
Командиром будет Вилкокс — это хорошо. На мол-
чаливого штурмана можно положиться полностью. И на-
до же, как странно распорядилась судьба. Короткие
соломинки достались как раз тем, без кого «Королева»
на крайний случай может обойтись. Если мы все про-
падем, корабль и без нас сумеет уйти с Лимбо. Дэйн
постарался отогнать от себя мрачные мысли.
Капитан Джелико недовольно фыркнул, обнаружив,
что сам он в экспедицию не попал. Он поднялся, подо-
шел к стене справа от себя и вставил серебряный стер-
жень в какое-то отверстие. Дверца секретного сейфа
со скрежетом распахнулась. Видно, ее давно не откры-
вали.
Внутри на подставке стояли бластеры — целая ше-
ренга ручных бластеров! Под ними висели кобуры и
зловеще поблескивали полные обоймы. Это был арсенал
«Королевы», вскрыть его мог только капитан и только
тогда, когда считал положение чрезвычайно серьезным.
Один за другим Джелико извлекал бластеры и пере-
давал Штоцу. Тот тщательно осматривал каждый бла-
стер, щелкал разрядником и клал перед собой на стол.
Пять бластеров, пять кобур, пять патронташей с ком-
]0п
плектом обойм. Затем капитан закрыл сейф и запер
его серебряным стерженьком, с которым — по законам
Федерации — не имел права расставаться ни днем ни
ночью. Он вернулся к столу и оглядел пятерых избран-
ников судьбы. Каждый из них умел пользоваться бла-
стером, как и всякий вольный торговец, так что объяс-
нять было нечего. Капитан сделал приглашающий жест.
— Разбирайте, ребята, — сказал он. — Это все ваше!
Он ничего больше не добавил — и без того было
ясно, что, по его мнению, дело им предстояло опасное.
9. Охота вслепую
Снова Дэйн облачился в полевое обмундирование.
Застегивая шлем, он дал себе торжественную клятву
впредь ни при каких обстоятельствах не выключать
радиотелефон. Никто так и не упрекнул его за оплош-
ность в лощине, а ведь он думал, что отныне его будут
держать подальше от настоящего дела. И вот, пожа-
луйста, никто не оспаривал его права идти в поход,
ему предоставили новую возможность отличиться —
просто потому, что он вытащил короткую соломинку.
Что ж, он приложит все силы, чтобы оправдать до-
верие.
За бортом по-прежнему не было ни дня, ни ночи.
Был только туман. Они плотно поели и спустились по
трапу в серые сумерки, которые, судя по показаниям
часов, следовало называть полуденными.
Рип шагал впереди. Ощущая у бедра непривычную
тяжесть бластера, Дэйн шел вслед за Вилкоксом. Кости
и Мура уже хлопотали у краулера.
На плоской платформе маленькой машины было
ПО
место только для одного человека, от силы для двух.
Бортов у платформы не было вовсе, держаться на ее
скользкой поверхности было не за что, а потому ре-
шили, что все пойдут пешком, привязавшись тросами
к корме.
Кости запустил двигатель, и краулер пополз впе-
ред, дробя гусеницами гравий и обломки пористого
камня. Двигался он со скоростью пешехода, и поспе-
вать за ним не составляло труда.
Дэйн оглянулся. «Королевы» уже не было видно.
Только слабое сияние еще мерцало где-то вверху — это
был прожектор, который в обычных условиях виден на
расстоянии многих миль. Вот тогда-то Дэйн по-настоя-
щему понял, что значит сейчас потеряться, и ухватился
за трос, проверяя, хорошо ли он привязан.
Человек, который вел краулер через пустошь в пер-
вый раз, выбирал самый удобный путь. Дорога под но-
гами была достаточно ровной, только раз они попали
на реку застывшего шлака, где было очень скользко,
и пришлось основательно попотеть.
Однако довольно скоро они обнаружили еще одну
особенность тумана. Звуки! Они так и не смогли по-
нять, что это за звуки. То ли многократное и усиленное
эхо их собственных шагов и хруста гусениц, то ли
какие-то другие, естественные шумы. Несколько раз
Кости внезапно глушил двигатель, и они замирали, при-
слушиваясь. Им казалось, что они окружены, что какой-
то другой отряд скрыто следует за ними во мраке, го-
товясь напасть. Но стоило им остановиться, как звуки
исчезали, так что в конце концов по общему молчали-
вому согласию они решили пренебречь этими слуховы-
ми галлюцинациями и двинулись вперед уже без оста-
новок, видя лишь несколько дюймов грунта у себя под
ногами да смутную тень на месте ближайшего соседа.
Ill
Влага, стекающая по шлемам, пропитывала одежду.
Она неприятно пахла, и собственная кожа казалась
Дэйну липкой и нечистой. Он попытался вытереть ли-
цо, но только размазал маслянистую жидкость еще
сильнее.
В остальном же все шло хорошо. Краулер уверенно
и беспрепятственно двигался вперед. Его электронная
память работала безотказно. Так они оставили позади
уже три четверти пути через пустошь, когда в тумане
вдруг послышался новый звук, и звук этот явно не
был эхом их собственного движения.
Топот! Кто-то бежал во мгле, совсем недалеко.
Очень странный топот, подумал Дэйн. Какой-то
дробный. Как будто у бегущего больше двух ног. Он
стал медленно поворачивать голову, стараясь опреде-
лить, с какой стороны доносится топот. Но определить
направление было невозможно. Непонятно было^ даже,
догоняют их эти шаги или, наоборот, убегают от них.
Тут трос подергали, и приглушенный голос Рипа спро-
сил:
— Что это там?
— Не знаю, — отозвался Дэйн. Топот затих. Может,
это был шаровидный лимбеанец?
Из тумана впереди выступило какое-то обширное
темное пятно, и сейчас же раздался чей-то крик. Дэйн
вздрогнул. Башмаки его съехали с гравия и песка на
что-то гладкое. Теперь он стоял на плите мостовой,
а темное пятно оказалось обвалившейся стеной древ-
него строения. Пустошь кончилась. Они достигли раз-
валин.
— Торсон! Дэйн!
Это кричал Рип, и Дэйн поспешил откликнуться.
Трос больше не натягивался — значит, краулер стоял.
112
Дэйн осторожно двинулся вперед и наткнулся на Рипа.
Рип стоял, склонившись над лежащим Вилкоксом.
Оказывается, Вилкокс оступился и попал ногой в
трещину. Перелома не случилось, но острый камень
пропорол ему икру, а нога застряла.
Вчетвером они подняли штурмана, посадили на
платформу краулера и перевязали рваную рану, из ко-
торой хлестала кровь. Идти Вилкокс больше не мог,
а потому остался на платформе возле пульта управ-
ления.
Прошло полчаса, прежде чем они снова двинулись
в путь. Вилкокс сидел с бластером наготове, а осталь-
ные шагали рядом с краулером, по обе стороны от
него. Вокруг вырастали стены, целые кварталы каких-
то диковинных строений, но никаких следов лагеря зем-
лян видно не было.
Здесь, среди руин древней и чуждой жизни, у Дэй-
на снова появилось ощущение, будто кто-то следит за
ними из тумана, чьи-то глаза, для которых эти невер-
ные сумерки не помеха. Гусеницы краулера больше не
хрустели по щебню, стояла жутковатая тишина. По
гладким стенам стекала вода, там и тут она скаплива-
лась в большие лужи. Жидкость в этих лужах была
гнилая, скверная, от нее тянуло дурным металлическим
запахом.
Вскоре они достигли места, где здания, видимо, не
пострадали. Крыши и стены охраняли вечный мрак
внутри, и становилось страшно при одной только мысли
заглянуть в эти зловонные склепы.
Поскрипывая гусеницами по осевшим плитам мо-
стовой, краулер продолжал бодро двигаться вдоль ули-
цы. По-видимому, стены как-то задерживали туман:
Дэйн обнаружил, что различает уже не только фигуры
своих товарищей, но и их лица. И еще он заметил, что
ИЗ
все они то и дело опасливо оглядываются и косятся на
черные провалы.
Рип вдруг вытащил фонарик и включил его. Луч
света упал на темное пятно у ближайшей стены. Вил-
кокс остановил краулер. Рип нагнулся над своей наход-
кой, и Дэйн подошел к нему.
Рип принюхивался, посапывая словно ищейка, раз-
бирающая запутанный след.
— Что тут у тебя? — спросил Дэйн. Пятно как пят-
но, ничего особенного.
Луч фонарика заскользил по мостовой, как будто
Рип искал еще что-то. В круге света появился какой-то
желтоватый комочек. Рип рассматривал его очень вни-
мательно, но рукой не касался. Дэйн нагнулся.
— Крэке... — произнес Рип.
Дэйн отшатнулся.
— Ну да?
— Понюхай, — посоветовал Рип.
Но Дэйн не стал следовать этому совету. Чем мень-
ше имеешь дело с крэксом, тем лучше.
Рип выпрямился и подошел к краулеру.
— Кто-то здесь выплюнул жвачку крэкса, — сооб-
щил он. — Совсем недавно... возможно, сегодня утром.
— Я же говорил — браконьеры! — сказал Кости.
— Так...— Вилкокс стиснул рукоять бластера. Крэке
был наркотиком, объявленным вне закона по всей Га-
лактике. Человек, жующий крэке, обретал — ненадол-
го — невероятно быструю реакцию, сверхчеловеческую
способность владеть собой, необычайную ясность мыш-
ления. Потом следовала жестокая расплата. Но под
действием наркотика человек становился вдвое хит-
рее, вдвое быстрее, вдвое сильнее любого нормального
человека. Встретиться с таким противником было бы
страшно.
114
Они тщательно обыскали все вокруг, но, кроме вы-
плюнутой жвачки, не нашли никаких следов. Словно
никто до них не ходил этим путем с тех пор, как за-
бытая война разрушила город. Если доктор Рич и на-
чал свои раскопки, то место его работ еще предстояло
отыскать.
Вилкокс пустил краулер малым ходом, и группа
двинулась дальше. Теперь все держали бластеры на-
готове.
— Интересно... — Дэйн вгляделся в изломанную ли-
нию крыш. — Тебе не кажется, что туман редеет? —
спросил он Рипа.
— Да, уже давно. И это очень неплохо... Гляди-ка,
гляди!
Мостовую пересекала глубокая расселина, и будь
туман погуще, из нее получилась бы настоящая яма-
ловушка. Она могла бы с легкостью поглотить и крау-
лер и всех, кто его сопровождал. Впрочем, краулер
помнил о ней. Он неторопливо повернул и полез в обход
через гору щебня, так что Вилкоксу пришлось засунуть
бластер в кобуру и обеими руками вцепиться в пульт
управления, чтобы не упасть. Краулер вскарабкался на
вершину груды и стал сползать по противоположному
склону в лавине потревоженного щебня.
Шум при этом стоял такой, что люди Рича не могли
не услышать его. Вилкокс остановил