Тигр! Тигр!
поясняющие,как д-р Орель припарками, бальзамами, магнитными полями и электролизом
заставлял мозг удвоить дальность джантации или денежную наличность. Кроме
того, врач улучшал память жаропонижающими слабительными, укреплял мораль
тонизирующими примочками и снимал душевные страдания Целительным Зельем
Ореля,
Приемная была пуста. Фойл наугад открыл дверь, увидел длинную
госпитальную палату и в отвращении скривился.
-- Притон для Снежков. Кокаинщики. Мог бы догадаться, что он и этим не
брезгует...
Притон предназначался для Болезников, самых безнадежных наркоманов. Они
покоились в больничных койках, умеренно страдая от нарочно вызванных
пара-кори, пара-гриппа, пара-малярии. Жадно наслаждались незаконными
болезнями и вниманием сестер в ослепительно белых халатах.
-- Взгляни на них, -- презрительно бросил Фойл. -- Отвратительно. Если
есть что-то более мерзкое, чем нарко-религия, то только это.
-- Добрый вечер, -- сзади раздался голос. Фойл захлопнул дверь и
повернулся. Перед ним стоял доктор Орель, деловитый и аккуратный, в
классической белой шапочке, халате и хирургической маске медицинского клана,
к которому принадлежал лишь по мошенническому утверждению.
-- Сюда, пожалуйста, -- указал доктор Орель и тут же с хлопком исчез.
За указанной дверью открывался длинный лестничный пролет. Когда Фойл и Робин
стали подниматься по ступеням, доктор Орель возник наверху. -- Сюда, сюда,
пожалуйста. О... один момент. -- Он исчез и возник снова сзади них. -- Вы
забыли закрыть дверь. -- Он закрыл дверь и опять джантировал, на сей раз
появившись на площадке. -- Пожалуйста, проходите.
-- Показуха, -- пробормотал Фойл. -- Джантируйте вдвое дальше или
получите вдвое больше... Так или иначе, он дьявольски проворен. Мне здесь
придется не зевать.
Шарлатан ждал за столом в заставленной внушительной, но устаревшей
медицинской техникой комнате. Он джантировал к двери, закрыл ее. Джантировал
назад за стол, поклонился, указал на стулья. Джантировал к Робин и любезно
помог ей сесть. Джантировал к окну и поправил шторы. Джантировал к
выключателю и включил свет и снова появился за столом.
-- Всего лишь год назад, -- улыбнулся Орель, -- я вовсе не мог
джантировать. Затем открыл секрет -- Целебное Промывание, которое...
Фойл коснулся языком пульта управления, вмонтированного в нервные
окончания зуба, и ускорился. Он без спешки поднялся, ступил к застывшей
фигуре, что-то утробно тянувшей, достал тяжелый кастет и со знанием дела
ударил Ореля по лбу, вызывая сотрясение передних долей и повреждая центр
джантации. Потом он привязал его к стулу. Все это заняло не более пяти
секунд и предстало перед Робин одним размытым движением.
Фойл замедлился. Шарлатан дернулся и сверкнул глазами яростно и
растерянно.
-- Итак, вы -- Орель, помощник врача на "Ворге", -- тихо произнес Фойл.
-- Шестнадцатого сентября 2336 года вы находились на борту корабля.
Ярость и растерянность превратились в ужас.
-- Шестнадцатого сентября рядом с поясом астероидов вы проходили мимо
остатков "Номада". "Номад" попросил помощи. Вы ушли. Бросили его и обрекли
на гибель. Почему?
Орель закатил глаза, но не ответил.
-- Кто отдал приказ уйти? Кто хотел, чтобы я сгнил заживо?
Орель невнятно замычал.
-- Кто находился на борту "Ворги"? Кто еще был с тобой? Кто
командовал?.. Я добьюсь ответа, не сомневайся. -- Фойл чеканил с холодной
свирепостью. -- Деньгами или силой... Почему меня бросили на смерть? Кто
приказал оставить меня издыхать?
Орель вскрикнул. -- Я не могу говорить о... Погодите, пока... -- Он
обмяк.
Фойл осмотрел тело.
-- Мертв, -- пробормотал он. -- И как раз, когда начал говорить. Как
Форрест.
-- Убит.
-- Нет. Я его пальцем не тронул. Самоубийство, -- мрачно хохотнул Фойл.
-- Ты сумасшедший...
-- Нет, просто мне смешно. Я не убивал их. Я вынудил их покончить с
собой.
-- Что за ерунда?
-- Им поставили Блок Сочувствия. Слыхала о БС, милая? Его ставят всем
секретным агентам. Возьми некую часть информации, разглашать которую
нежелательно. Свяжи ее с симпатической нервной системой, контролирующей
дыхание и сердцебиение. Когда субъект пытается раскрыть эту информацию,
срабатывает блок. Сердце и легкие останавливаются. Человек умирает. Тайна
сохранена. И агенту не надо думать о самоубийстве, чтобы избежать пыток. Все
будет сделано за него.
-- Этим людям?..
-- Очевидно.
-- Но почему?
-- Откуда мне знать?.. Перевозка беженцев тут ни при чем. "Ворга",
видимо, занимался куда более серьезными делами, иначе к чему такие меры
предосторожности. Вот задача. Последняя нить -- Погги в Риме. Анжело Погги,
помощник шеф-повара. Как нам добыть из него информацию... -- Фойл запнулся
на полуслове.
Перед ним стоял его образ, немой, зловещий, огненное лицо, пылающая
одежда.
Фойл был парализован. Он судорожно вздохнул и выдавил дрожащим голосом
-- Кто ты? Что...
Образ исчез.
Фойл провел языком по пересохшим губам и повернулся к Робин.
-- Ты видела?.. -- Ее лицо говорило само за себя. -- Это... на самом
деле?
Она показала на стол Ореля, возле которого стоял пылающий образ. Бумаги
на столе воспламенились и ярко горели. Все еще перепуганный и ошеломленный,
Фойл неуверенно попятился назад и провел рукой по лицу. Оно оказалось
влажным.
Робин бросилась к столу и попыталась сбить пламя. Фойл не шелохнулся.
-- Я не могу погасить огонь! -- наконец выдохнула она. -- Надо
убираться отсюда. Быстро!
Фойл кивнул с отсутствующим видом. Потом, явно напрягая всю свою волю,
взял себя в руки.
-- В Рим, -- хрипло выдохнул он: -- Джантируем в Рим. Этому должно быть
какое-то объяснение. Я найду его, клянусь всем на свете! А пока... Рим.
Джантируй, девочка, Джантируй!
Со времен Средних веков Испанская Лестница служила местом средоточения
отбросов Рима. Поднимаясь широкой длинной эстакадой от Пиацца ди Испанья до
садов виллы Борджиа, Испанская Лестнипд кишела, кишит и будет кишеть
пороком. Ступени заполоняют сводники, попрошайки, шлюхи, извращенцы и воры.
Наглые и высокомерные, они гордо выставляют себя напоказ и глумятся над
случайно проходящими "порядочными".
Ядерные войны конца XX столетия уничтожили Испанскую Лестницу. Ее
отстроили вновь, и снова уничтожили во время Мирового Восстановления в XXI
веке. Еще раз отстроили и на этот раз защитили взрывоупорным кристаллическим
куполом. Купол загородил вид, открывавшийся из дома, где почил великий Ките.
Посетители больше не прильнут к узкому окошку, дабы прочувствовать картину,
которую лицезрел умирающий поэт. Теперь виден был лишь дымчатый купол
Испанской Лестницы и, сквозь него, -- искаженные тени Содома и Гоморры
внизу.
Тысячелетиями Рим встречал Новый Год всякого рода фейерверками,
ракетами, торпедами, стрельбой, шутихами, бутылками, банками... Римляне
целыми месяцами сберегали старье и рухлядь, чтобы выбросить из окон, когда
пробьет полночь. Какофония вспышек, рев голосов, треск огненной иллюминации,
шум падающего на купол хлама оглушили Фойла и Робин Уэднесбери, улизнувших с
карнавала во Дворце Борджиа.
Они были еще в костюмах. Фойл -- в черно-красном обтягивающем камзоле
Цезаря Борджиа, Робин -- в расшитом серебристом платье Лукреции Борджиа.
Лица их скрывали нелепые вельветовые маски. Контраст между их старинными
нарядами и современным тряпьем вокруг вызывал поток насмешек и
присвистываний. Даже "лобо", постоянные завсегдатаи Испанской Лестницы,
неудачливые закоренелые преступники, у которых вырезали четверть мозга,
временно вышли из мрачной апатии. Толпа вскипела вокруг спускающейся по
ступеням пары.
-- Погги, -- спокойно повторял Фойл. -- Анжело Погги? Кошмарный урод
надвинул свое лицо и сатанически захохотал.
-- Погги? Анжело Погги? -- бесстрастно спрашивал Фойл. -- Мне сказали,
его можно найти ночью на Лестнице. Анжело Погги?
Чудовищная шлюха помянула его мать.
-- Анжело Погги? Десять кредитов тому, кто его покажет.
Фойла мгновенно окружили протянутые руки -- изуродованные, вонючие,
жадные. Он покачал головой.
-- Сперва показать.
Вокруг бурлил римский гнев.
-- Погги? Анжело Погги?
После шести недель бездарной траты времени, после шести недель
томительного ожидания капитан Питер Йанг-Йовил наконец услышал слова,
которые надеялся услышать все это время. Шесть недель тягостного пребывания
в шкуре некоего Анжело Погги, давно умершего помощника повара "Ворги". С
самого начала это была авантюра, задуманная, когда до Разведки стали
доходить сведения, что некто осторожно собирает данные о команде
престейновской "Ворги" -- и при этом не стесняется в средствах.
-- Это выстрел наугад, -- признал тогда капитан Йанг-Йовил. -- Но Гулли
Фойл, АС-128/127.006 все-таки совершил безумную попытку взорвать "Воргу". А
двадцать фунтов ПирЕ стоят такого выстрела.
Теперь он вперевалку спускался по ступеням навстречу человеку в
старинном камзоле и маске. Опустившийся повар с воровской наружностью,
протягивающий кипу замаранных конвертов.
-- Грязные картинки, сеньор? Христиане-подвальники -- молятся, целуют
крест? Очень мерзко, очень непристойно, сеньор. Развлеките своих друзей...
заинтересуйте дам...
-- Нет. -- Фойл небрежно отодвинул его рукой. -- Я ищу Анжело Погги.
Йанг-Йовил подал незаметный сигнал. Его люди на лестнице стали снимать и
записывать происходящий разговор, не прекращая сводничать и продаваться.
Секретная Речь Разведывательной Службы вооруженных сил Внутренних Планет
гремела вокруг Фойла и Робин градом перемигиваний, ужимок, гримас, жестов на
древнем китайском языке век, бровей, пальцев и неуловимых телодвижений,
-- Сеньор? -- прогнусавил Йанг-Йовил.
-- Анжело Погги?
-- Си, сеньор. Я Анжело Погги.
-- Помощник повара на "Ворге"?
Ожидая знакомое выражение смертельного ужаса, которое он, наконец,
понял, Фойл резко схватил локоть Йанг-Йовила.
-- Да?
-- Си, сеньор, -- безмятежно ответил Йанг-Йовил. -- Чем могу заслужить
вашу милость?
-- Может быть, этот... -- пробормотал Фойл Робин. -- Он не испуган.
Может быть, он знает, как обойти блок.
-- Мне нужно, чтобы ты кое-что рассказал, Погги. Я хочу купить все, что
тебе известно. Все. Называй цену.
-- Но, сеньор! Я человек немолодой и бывалый. Мой опыт нельзя купить
целиком. Мне надо платить пункт за пунктом. Выбирайте, что вас интересует, а
я буду называть цену. Что вам угодно?
-- Ты находился на борту "Ворги" шестнадцатого сентября 2336 года?
-- Цена ответа 10 Кр.
Фойл мрачно усмехнулся и выложил деньги.
-- Да, сеньор.
-- Шестнадцатого сентября возле пояса астероидов вы прошли мимо
остатков "Номада". "Номад" попросил помощи, а "Ворга" ушел. Кто отдал
приказ?
-- Ах, сеньор!
-- Кто отдал приказ, и почему?
-- Зачем вам это, сеньор?
-- Не твое дело. Называй цену и выкладывай.
-- Перед ответом мне надо узнать причину вопроса, сеньор. -- Йанг-Йовил
сально ухмыльнулся. -- За свою осторожность я заплачу снижением цены. Почему
вас так интересует "Ворга" и "Номад", и это позорное предательство в
космосе? Уж не вы ли, случаем, оказались там брошенным?
-- Он не итальянец! Произношение идеальное, но совсем не те обороты.
Ни один итальянец не станет так строить предложения.
Фойл застыл. Зоркие опытные глаза Йанг-Йовила, натренированные
улавливать и распознавать малейшие детали, заметили перемену. Йанг-Йовил
мгновенно понял, что он где-то ошибся, и подал условный знак.
На Испанской Лестнице сразу после этого вскипела ссора. Через секунду
Фойл и Робин оказались в гуще разъяренной, вопящей, дерущейся толпы. Люди
Йанг-Йовила были виртуозами обходного маневра, рассчитанного на
предотвращение джантации и основанного на том, что между неожиданным
нападением и защитной реакцией неминуемо должно пройти время. Специалисты из
Разведки гарантировали: в течение этого времени их молниеносные действия
застанут любого атакуемого врасплох и лишат его возможности спастись.
В три пятые секунды Фойла отколотили, швырнули на колени, оглушили,
бросили на ступени и распластали. Маску с лица сорвали. Он лежал, обнаженный
и беззащитный, перед равнодушными глазами камер. Затем, впервые за всю
историю существования этой процедуры, привычный ход событий был нарушен.
Появился человек, поправ ногами распростертое тело Фойла... Гигантский
человек с чудовищно татуированным лицом и дымящейся одеждой. Видение было
таким ужасающим, что все застыли. Толпа на Лестнице взвыла.
-- Горящий человек! Глядите! Горящий человек!
-- Но это Фойл -- прошептал Йанг-Йовил. С четверть минуты видение молча
стояло, пылая, дымясь, пепеля взглядом слепых глаз. Потом оно исчезло.
Распростертый на ступенях человек тоже исчез. Он обернулся в размытое пятно
действия. Молнией заскользил среди толпы, отыскивая и уничтожая камеры,
магнитофоны, все регистрирующие устройства. Затем пятно метнулось к девушке
в старинном платье, схватило ее и исчезло.
Испанская Лестница вновь ожила, мучительно, тягостно, словно приходя в
себя после кошмара. Ошеломленные разведчики собрались вокруг Йанг-Йовила.
-- Господи, что это было, Йео?
-- Я думаю, что это наш человек, Гулли Фойл. Та же татуировка на лице.
-- А горящая одежда!..
-- Как ведьма на вертеле...
-- Но если огненное явление -- Фойл, на кого мы тратили время?
-- Не знаю. Нет ли у Бригады Коммандос разведывательной службы, о
которой они не удосужились сообщить?
-- При чем тут Коммандос, Йео?
-- Не видел, как наш "Ноги-в-руки" ускорился? Он уничтожил все снимки и
записи.
-- Не могу поверить собственным глазам.
-- Это величайший секрет Коммандос. Они разбирают своих людей на
винтики, перестраивают и перенастраивают их. Я свяжусь с марсианским штабом
и узнаю, не ведут ли они параллельное расследование... Да, и еще. С той
девушкой вовсе не обязательно было обходиться грубо... -- Йанг-Йовил на
минуту замолчал, впервые не замечая многозначительных взглядов вокруг. --
Надо выяснить, кто она, -- добавил он мечтательно.
-- Если она тоже перестроена, это, действительно, любопытно, Йео, --
произнес нарочито бесстрастный мягкий голос. -- Ромео и Коммандос.
Йанг-Йовил покраснел.
-- Ну, хорошо, -- выпалил он. -- Меня насквозь видно.
-- Ты просто повторяешься, Йео. Все твои увлечения начинаются
одинаково: "с той девушкой вовсе не обязательно было обходиться грубо..." А
затем -- Долли Квакер, Джин Вебстер, Гуин Роже, Марион...
-- Пожалуйста, без имен! -- перебил другой голос. -- Разве Ромео...
-- Завтра все отправитесь чистить нужники, -- сказал Йанг-Йовил. --
Будь я проклят, если снесу такое непристойное ослушание... Нет, не завтра, а
как только мы закончим с этим делом. -- Его ястребиное лицо помрачнело. --
Боже, что за содом! Кто когда-нибудь сможет забыть Фойла, торчащего здесь,
как пылающая головня? Но где он? Чего он хочет? Что все