Жизнь двенадцати Цезарей
году, подступив к Риму с легионами, какнеприятель, и через послов потребовав этого сана от имени войска; а когда се-
пат заколебался, центурион Корнелий, глава посольства, откинув плащ и
показав на рукоять меча, сказал в глаза сенаторам: «Вот кто сделает его
консулом, если не сделаете вы!» (2) Второе консульство он получил
через девять лет; третье — еще через год; следующие, вплоть до
одиннадцатого,— ежегодно; после этого ему еще много раз предлагали
консульский сан, но он отказывался, и в двенадцатый раз принял его лишь
после большого перерыва в семнадцать лет; наконец, тринадцатое
консульство он сам испросил для себя два года спустя, чтобы в этой высшей
должности вывести к народу своих сыновей Гая и Луция в день
совершеннолетия каждого64. (3) Пять средних консульств, с шестого по
десятое, он занимал по году, остальные — по девять, по шесть, по четыре
или три месяца, а второе — в течение лишь нескольких часов: в день
нового года он с утра сел на консульское кресло перед храмом Юпитера
и, недолго посидев, сложил должность и назначил себе преемника. Не
всегда он вступал в должность в Риме: четвертое консульство он принял
ι* Азии, пятое — на острове Самосе, восьмое и девятое — в Тарраконе.
27. Триумвиром для устроения государства он был в течение десяти
лет. В этой должности он сперва противился коллегам и пытался
предотвратить проскрипции; но когда проскрипции были все же объявлены, ου
превзошел жестокостью их обоих. Тех еще многим удавалось
умилостивить мольбами и просьбами — он один твердо стоял на том, чтобы
никому не было пощады. Он даже внес в список жертв своего опекуна
Гая Торания 65, который был товарищем по эдильству его отца Октавия.
(2) Более того, Юлий Сатурнин сообщает, что по совершении
проскрипций Марк Лепид извинялся перед сенатом за случившееся и выражал
надежду, что с наказаниями покончено и отныне наступит время
милосердия; Октавий же; напротив, заявил, что он хоть и прекращает
проскрипции, но оставляет за собой полную свободу действий. Правда, впо
следствии, как бы раскаиваясь в своем упорстве, он возвел во всадииче
(;кое достоинство Тита Виния Филопемена, так как о нем говорили, что
он во время проскрипций укрыл своего патрона от убийц.
(3) Будучи триумвиром, он многими поступками навлек на себя
исеобщую ненависть. Так, Пинарий, римский всадник, что-то записывал
по время его речи перед солдатами в присутствии толпы граждан;
заметив это, он приказал заколоть его у себя на глазах, как лазутчика в
соглядатая. Тедия Афра, назначенного консула, который язвительно
отозвался о каком-то его поступке, он угрозами довел до того, что тот на
дожил на себя руки 6f. (4) Квинт Галлий, претор, пришел к нему для
Божественный Август
45
приветствия с двойными табличками под одеждой: Октавий заподозрил,
что он прячет меч, однако не решился обыскать его на месте, опасаясь
ошибиться; но немного спустя он приказал центурионам и солдатам
стащить его с судейского кресла, пытал его, как раба, и, не добившись
ничего, казнил, своими руками выколов сперва ему глаза. Сам он, однако,
пишет, что Галлий под предлогом беседы покушался на его жизнь, а за
это был брошен в тюрьму, потом выслан из Рима и погиб при
кораблекрушении или при нападении разбойников.
(5) Трибунскую власть67 он принял пожизненно, и раз или два
назначал себе товарища на пять лет. Принял он и надзор за нравами и
законами 68, также пожизненно; в силу этого полномочия он три раза
производил народную перепись 6д, хотя и не был цензором: в первый и
третий раз — с товарищем, в промежутке — один.
28. О восстановлении республики70 он задумывался дважды: в
первый раз — тотчас после победы над Антонием, когда еще свежи были в
памяти частые обвинения его, будто единственно из-за Октавия
республика еще не восстановлена; и во второй раз — после долгой и мучительной
болезни, когда он даже вызвал к себе домой сенаторов и должностных
лиц и передал им книги государственных дел. Однако, рассудив, что и
ому опасно будет жить частным человеком, и республику было бы
неразумно доверять своеволию многих правителей, он без колебания оставил
власть за собой; и трудно сказать, что оказалось лучше, решение или его
последствия. (2) Об этом решении он не раз заявлял вслух, а в одном
эдикте он свидетельствует о нем такими словами: «Итак, да будет мне
дано установить государство на его основе целым и незыблемым, дабы я,
пожиная желанные плоды этого свершения, почитался творцом лучшего
государственного устройства и при кончине унес бы с собой надежду,
что заложенные мною основания останутся непоколебленными». И он
выполнил свой обет, всеми силами стараясь, чтобы никто не мог
пожаловаться на новый порядок вещей.
(3) Вид столицы еще не соответствовал величию державы, Рим еще
страдал от наводнений и пожаров. Он так отстроил город, что по праву
гордился тем, что принял Рим кирпичным, а оставляет мраморным; и он
сделал все, что может предвидеть человеческий разум, для безопасности
города на будущие времена.
29. Общественных зданий он выстроил очень много; из них
важнейшие — форум с храмом Марса Мстителя, святилище Аполлона на Пала-
тине, храм Юпитера Громовержца на Капитолии. Форум он начал
строить, видя, что для толп народа и множества судебных дел уже
недостаточно двух площадей71 и нужна третья; поэтому же он поспешил
открыть этот форум, не дожидаясь окончания Марсова храма, и отвел его
для уголовных судов и для жеребьевки судей. (2) О храме Марса он дал
обет во время филиппийской войны, в которой он мстил за отца; и он
постановил, чтобы здесь принимал сенат решения о войнах и
триумфах 72, отсюда отправлялись в провинции военачальники, сюда
приносили украшения триумфов полководцы, возвращаясь с победой. (3) Святи
лище Аполлона он воздвиг в той части палатинского дворца, которую, по
46
Светоний. Жизнь 12 цезарей
словам гадателей, избрал себе бог ударом молнии, и к храму
присоединил портики с латинской и греческой библиотекой; здесь на склоне лет
он часто созывал сенат и просматривал списки судей. Юпитеру
Громовержцу он посвятил храм в память избавления от опасности, когда во
время кантабрийской войны при ночном переходе молния ударила прямо
перед его носилками и убила раба, который шел с факелом. (4)
Некоторые здания он построил от чужого имени, от лица своих внуков, жены и
сестры — например портик и базилику Гая и Луция, портики Ливии и
Октавии, театр Марцелла. Да и другим видным гражданам он настойчиво
советовал украшать город по мере возможностей каждого, воздвигая
новые памятники или восстанавливая и улучшая старые. (5) И много
построек было тогда воздвигнуто многими гражданами: Марцием
Филиппом — храм Геркулеса Мусагета, Луцием Корнифицием — храм Дианы,
Азинием Поллионом — атрий Свободы, Мунацием Планком — храм
Сатурна, Корнелием Бальбом — театр, Статилием Тавром — амфитеатр,
а Марком Агриппой — многие другие превосходные постройки.
30. Весь город он разделил на округа и кварталы 73, постановив,
чтобы округами ведали по жребию должностные лица каждого года, а
кварталами — старосты, избираемые из окрестных обывателей. Для охраны
от пожаров он расставил посты и ввел ночную стражу, для
предотвращения наводнений расширил и очистил русло Тибра, за много лет
занесенное мусором и суженное обвалами построек. Чтобы подступы к городу
стали легче со всех сторон, он взялся укрепить Фламиниеву дорогуп
до самого Аримина, а остальные дороги распределил между
триумфаторами, чтобы те вымостили их на деньги от военной добычи.
(2) Священные постройки, рухнувшие от ветхости или уничтожен*
ные пожарами, он восстановил и наравне с остальными украсил
богатыми приношениями. Так, за один раз он принес в дар святилищу
Юпитера Капитолийского шестнадцать тысяч фунтов золота 75 и на пятьдесят
миллионов сестерциев жемчуга и драгоценных камней. 31. В сане
великого понтифика — сан этот он принял только после смерти Лепида, не
желая отнимать его при жизни,— он велел собрать отовсюду и сжечь все
пророческие книги76, греческие и латинские, ходившие в народе
безымянно или под сомнительными именами, числом свыше двух тысяч.
Сохранил он только сивиллины книги, но и те с отбором; их он поместил
β двух позолоченных ларцах под основанием храма Аполлона Палатин-
ского. (2) Календарь, введенный божественным Юлием, но затем по
небрежению пришедший в расстройство и беспорядок, он восстановил в
прежнем виде; при этом преобразовании он предпочел назвать своим
именем не сентябрь, месяц своего рождения, а секстилий, месяц своего
первого консульства и славнейших побед". (3) Он увеличил и количество
жрецов, и почтение к ним, и льготы, в особенности для весталок7".
Когда нужно было выбрать новую весталку па место умершей, и многие
хлопотали, чтобы их дочери были освобождены от жребия, он
торжественно поклялся, что если бы хоть одна из его внучек подходила для сана
по возрасту, он сам предложил бы ее в весталки. (4) Он восстановил и
некоторые древние обряды, пришедшие в забвение, например, гадание о
Божественный Август
47
благе государства™, жречество Юпитера80, игры на луперкалиях,
столетние торжества8|, праздник перепутий *\ На луперкалиях он
запретил безусым юношам участвовать в беге, на столетних играх разрешил
молодым людям обоего пола присутствовать при ночных зрелищах не
иначе как в сопровождении старших родственников. Ларов на перепутьях
он повелел дважды в год украшать весенними и летними цветами.
(5) После бессмертных богов он больше всего чтил память вождей,
которые вознесли державу римского народа из ничтожества к величию.
Поэтому памятники, ими оставленные, он восстановил с
первоначальными надписями 83, а в обоих портиках при своем форуме каждому из них
поставил статую в триумфальном облачении, объявив эдиктом, что это он
делает для того, чтобы и его, пока он жив, и всех правителей после него
граждане побуждали бы брать пример с этих мужей. А напротив
царского портика, что при театре Помпея, он поставил над мраморной аркою
статую Помпея, перенеся ее из той курии, где был убит Юлий Цезарь.
32. Общей погибелью были многие злые обычаи, укоренившиеся с
привычкой к беззаконию гражданских войн или даже возникшие в
мирное время. Немало разбойников бродили среди бела дня при оружии,
будто бы для самозащиты; по полям хватали прохожих, не разбирая
свободных и рабов, и фключали в эргастулы 84 помещиков; под именем новых
коллегий85 собирались многочисленные шайки, готовые на любые
преступления. Против разбоев он расставил в удобных местах караулы,
эргастулы обыскал, все коллегии, за исключением древних и дозволенных,
распустил. (2) Списки давних должников казны, дававшие больше всего
поводов к нареканиям, он сжег; спорные казенные участки в Риме
уступил их держателям; затянувшиеся процессы, в которых унижение
обвиняемых только тешило обвинителей, он прекратил, пригрозив равным
взысканием 86 за возобновление иска.
Чтобы никакое преступление или судебное дело не оставалось без
наказания и не затягивалось, он оставил для разбирательств и те тридцать
с лишним дней, которые магистраты посвящали играм 87. (3) К трем
судейским декуриям он прибавил четвертую, низшего состояния, назвав этих
судей «двухсотниками» 8в и отдав им тяжбы о небольших суммах. Судей
он назначал только с тридцати лет δ9, то есть на пять лет раньше
обычного. И лишь когда многие стали избегать судейской должности, он
нехотя согласился, чтобы каждая декурпя по очереди в течение года была
свободна от дел, и чтобы в ноябре и декабре 9С обычных разбирательств
вовсе не производилось.
33. Сам он правил суд с большим усердием, иногда даже ночью; если
же бывал болен — то с носилок, которые ставили возле судейских мест,
или даже дома, лежа в постели. При судопроизводстве он обнаруживал
не только высокую тщательность, но и мягкость: например, желая спасти
одного несомненного отцеубийцу от мешка и утопления91 — а такая
казнь назначалась только признавшимся,— он, говорят, обратился к нему
так: «Значит, ты не убивал своего отца?» (2) А когда разбирался подлог
завещания, и все, приложившие к нему руку, подлежали наказанию по
Корнслиеву закону92, он велел раздать судьям для голосования кроме
■S8
Светоний. Жизнь 12 цезарей
двух обычных табличек, оправдательной и обвинительной, еще и третью,
объявлявшую прощение тем, кто дал свою подпись по наущению или по
недомыслию. (3) Апелляции от граждан он каждый год передавал
городскому претору, апелляции от провинциалов — лицам консульского
звания, которых он назначал для разбора по одному на каждую провинцию.
34с Он пересмотрел старые законы и ввел некоторые новые: например
о роскоши, о прелюбодеянии и разврате, о подкупе, о порядке брака для
всех сословий. Этот последний закон он хотел сделать еще строже других,
но бурное сопротивление вынудило его отменить или смягчить
наказания, дозволить трехлетнее вдовство и увеличить награды93. (2) Но и
после этого однажды на всенародных играх всадники стали настойчиво
требовать от него отмены закона; тогда он, подозвав сыновей Германика,
на виду у всех посадил их к себе и к отцу на колени, знаками и
взглядами убеждая народ не роптать и брать пример с молодого отца. А узнав,
что некоторые обходят закон, обручаясь с несовершеннолетними или ча-
ντο меняя жен, он сократил срок помолвки и ограничил разводы.
35. Сенат давно уже разросся и превратился в безобразную и
беспорядочную толпу94 — в нем было больше тысячи